Showing posts with label quote. Show all posts
Showing posts with label quote. Show all posts

Saturday, September 22, 2018

Antikvariniai Kašpirovskio dantys | Apie tai, kaip žirafa sumindė kaunietį Antaną (tekstas; lyrics)


— Alaus. Du.
— Girdėjot? Žmogų sumindė. Žirafa. Kaune.
— Kas?

Naktį iš balandžio penktosios
pasivaikščioti susiruošęs
kaunietis Antanas
į gatvę išėjo,
iš lėto jis slinko
per Laisvės alėją,
bet balsas vidinis jam nuolat kartojo:
“Kelionė šita tau nebaigsis geroju”.
– O tai kaip baigsis?
– Blogoju.

Vos tik pilnatis pasirodė
greitai zoologijos sode
pašoko žirafa
iš miego, sapnavo
baisiausią košmarą
gyvenime savo:
kaip nori papjauti
jį vilkas ir liūtas,
ir netgi mažasis
orangutangiukas.

Naktį iš balandžio penktosios
grįžti jau namo susiruošęs
kaunietis Antanas išvydo žirafą
ir greitai suprato, ji puls į ataką.
Kaunietis Antanas
sustingęs alsavo,
regėjo iš naujo
gyvenimą savo.

Darganą kitos dienos rytą
“Kauno dienoje” parašyta:
Vidurnaktį šianakt
prie “Tulpės” kavinės
kaunietį Antaną
žirafa užminė.
O mindė jinai jį šitaip.

Saturday, June 18, 2016

מיינע העלדן: ל.פינקעלשטיין

.זלמן קייזען. לעקדיקאן פון יידישער ליטעראטור... באנד 3. ק.89

«Роман представляет собой образец безнадежнейшей сердцещипательной макаулатуры».

Sunday, December 27, 2015

Чайковский

19/7 Февр. [1888] <...>Речи. Моя речь. Ушел в 11 часов домой. Спал. В общем конечно это один из знаменательнейших дней моей жизни. Я очень полюбил этих добрых чехов. Да и есть за что!!! Господи! Сколько было восторгу и это совсем не мне, а голубушке России.

20/8 Февр. <...>Чехи очень симпатичные.

Дневники П.И.Чайковского. Москва: Музыкальный сектор, 1923. Репринт: СПб.: Эго/Северный олень, 1993. С.197-198.

(Вообще, Чайковский приезжал в Прагу на постановку Лебединого озера.)


NB: Там же упоминается Иосиф Пишна (Jozef Pischna, 15/VI/1826—19/X/1896), «чех, преподаватель игры на ф.п., проживший долгое время в Москве и пользовавшийся популярностью». Поскольку в энциклопедии он (как и Шебор, и пр.) не попал, вот выписка:

«Иосиф Пишна — чех по происхождению, был в 60-х и 70-х гг. прошлого века хорошо известен в Москве как фортепианный педагог, состоял преподавателем музыки в Сиротском институте при Воспитательном доме в Москве и занимался между прочим также и композицией, печатая свои композиторские опыты как собственность автора за счет богатых родителей своих учеников и учениц, которым и посвящал преимущественно свои произведения. Музыка его "Песни Маргариты" написана, как и глинкинская, на переводный текст Э.Губера ("Тяжка печаль")и издана в 1872 г. в Москве как собственность автора». (С.Попов. Гете в русской музыке // Литературное наследство. Т.4-6. М.: 1932. С.892.) В русской и чешской википедиях о нем нет статьи, английская же сообщает, что в 1840-1846 он учился в Пражской консерватории по классу гобоя (немецкая не согласна). Его учебник ф-но называется 60 Klavierübungen.

Saturday, July 25, 2015

trash literature: בלייב שטיל פאדלעץ!

Let's start from quotes. Jakow Jerusalimski. Zikhroynes un shrifṭn fun a Byalistoker. Tel-Aviv, 1984. Z.118. (The book is here.)

Sunday, July 12, 2015

eile

  1. Крижанич. Граматично исказанье об русском языку.
  2. Крижанич. De non extrahendo frumendo. Экономическая идея (экспорт хлеба уменьшает народонаселение) не ясна.
  3. Эллрой. Черная орхидея. На словах "усталые но довольные" (описывающих секс), я решил остановиться.
  4. Дж. Снайдерс. Микробы хорошие и плохие (не худший научпоп).
  5. Н.Витсен. Путешествие в Московию (1664-1665). Я люблю читать путешествия через Петербург в те времена, когда Петербурга не было. Вот Витсен или Олеарий — они прямо через те болота едут, через Копорье и Ниеншанц, Неву описывают, — а Питера еще нету. Про Ригу:
    В этот день посол еще посетил здешний дом холостяков, где мы пили из больших серебряных чарок; и пьянствуют же в этом доме! Наши имена здесь записали. Этот дом, говорят, построен 400 лет назад Артом, королем Польши, для холостяков, здешних жителей.

    Люди говорят здесь на разных языках: некоторые горожане говорят только на латышском языке, другие — на верхненемецком, третьи по-рижски, т.е. на нижненемецком, самые знатные говорят на этих трех языках. Бани здесь тоже в обычае.

    Когда я увидел парад солдат и удивился, почему ни у кого из них нет ружья, мне сказали, что их отняли, чтобы не было баловства на улицах.

    Настоящая причина, почему нас до назначенного времени не хотели пускать в Москву, была в том, что они от Рождества до Богоявления пьянствуют и не хотят, чтобы в этом им мешали.

    Там же содержится такое глумливое замечание (в адрес Михалона Литвина):

    Язык содержит много греческих и латиских слов: do — я даю, theus — бог, tu es pecus — я устал, gramma — письмо.

    «Tu», переведенное как «я» — это просто описка, она есть и в оригинале: tu es pecus : ick ben moede. Сама же фраза представляет собой каламбур. Ибо латышское tu esi piekus (ты устал) передано через латинское tu es pecus (ты скотина).

Tuesday, February 18, 2014

Собака из другого анекдота

В бесконечном (печатался из № в № 6 лет) перечне пословиц под № 469 прочел:

469. אין זשאגאר טראקטירט מען מיט ווייבער.

Т.е.: в Жагаре (под Шауляем) и с бабами торгуют¹².

Ниже следовало примечание: ¹²Это присловье связано с какой-то историей про сына ешувника, который отправился поездить по миру. Историю я забыл. Может быть, найдется читатель, который слышал и присловье, и историю?

[ישפריכווערטער וואס עס יז כדאי זיי צו ניצן // יידישע שפראך, 1944, #2. ב.4, ז.59.]

Кафе на углу

Сижу я себе и листаю журнал «Идише шпрах» за 1945 год. И мне попадается заметка по диалектной лексикографии. Я начинаю читать лениво. Начинается она так:

Это было зимой, в начале 1923 или в конце 1924 года. Я жил в Вилкомире и как раз прочел работу «Курляндский идиш» — один из четырех этюдов из «Ступеней» др. М.Вайнрайха. Там говорится, между прочим, в перечне слов из курляндского идиша о слове румпл. Слово это пояснялось так: «торжественная встреча первого шабеса у молодых перед свадьбой». И далее говорилось: «слово это исчезло из языка, уже 35 лет назад оно было чужим...» (С.235.)

И в ту же минуту я услышал из соседней комнаты, как хозяйка вошла и рассказала: «Сегодня вечером там был румпл, еще раз вам говорю — румпл! Красивей, чем на свадьбе прямо!» Я к ней, чтобы выяснить, что она подразумевает под словом «румпл». Она имела в виду то, что сторона жениха делает для невесты и гостей после свадьбы.

Я заинтересовался этим румплом... [И так далее: ט.ר-ס. וואס איז ש רומפל // יידישע שפראך, 1945.ז.85].

И тут я испытываю что-то вроде описанного Аксеновым убогого читательского опыта: Как вдруг я прочел обыкновенную фразу, очередную фразу повествования, отнюдь не выделенную каким-либо типографским излишеством и вроде бы не смазанную изнутри ни фосфором, ни рыбьим жиром. Кажется, эта фраза звучала так: «Когда он вышел из кафе, ему показалось, что наступил вечер. Сильный северо-западный ветер нагнал тяжелые тучи и теперь в неожиданных сумерках раскачивал деревья вдоль Елисейских полей». Меня вдруг судорогой свело. Вдруг меня скрючило всего от мгновенного ужаса и восторга. Я вдруг все это увидел так, как будто это я сам вышел из кафе на Елисейских полях. Столь пронзи... и пр.

Не в точности так, потому что я живал, можно сказать, в Викомире, читывал «Штуфен» Вайнрайха (не целиком, а именно про курляндский идиш — эта работа заменяет мне творчество Хэма) и слышал звуки из-за стены, но не в точности те.

Monday, June 17, 2013

aand


  1. בערל כהן. ייִדישע שטעט, שטעטלעך און דאָרפֿישע ייִשובים אין ליטע ביז 1918. היסטאָריש-ביאָגראפֿישע סקיצעס. ניו-יאָרק, 1991.
  2. Во второй половине XIX века в России выходило четыре (мы подчеркиваем это) ежедневные газеты на иврите: га-Магид, га-Мелиц, га-Йом, га-Цфира — на идише ни одной. <...> Журналы на иврите также выходили в этом столетии чаще журналов на идише и количество их, представьте себе, было больше. // Berl Kahan. Jidiše štet, štetlex un dorfiše ješojvim in Lite biz 1918. Historiš-biografiše skices. Nju-Jork, 1991. Z.VII.

  3. Павел Алеппский. Путешествие антиохийского патриарха Макария в Московию (1654—1656). Много забавного: синие свиньи, козаки, называемые так, потому что носят усы. Еще про то, что московиты ­— народ стукачей, про моровую язву («стоит бывало человек и вдруг моментально падает мертвым, или едет верхом или на повозке и...»),  про розовые знамена полков и про тяжесть отказа от опиума. А также: «Как только заметят со стороны кого-либо большой или малый проступок, того немедленно ссылают в страну мрака». Отдельную радость доставляет переводчик, который приводит русские названия в транслитерации с арабского — Богуслафи (Богуслав). И только в случае Путивля он решил не выпендриваться, зане в арабском оригинале на месте «в» неизбежно стоит «б». Мп Павел легко узнает в молдавских словах романское («каруца — экипаж, то же что итальянское carrozzo)»).
  4. Литаврин. Османская империя в XVII в. Вся книжка написана в том смысле, что кто мол не читал предыдущего тома «...в XVI в.», тот осел и ничего не поймет.
  5. С.П.Орленко. Выходцы из западной Европы в России XVII века. Правовой статус и реальное положение. М., 2004.

    Полно выписок и примеров, в т.ч. из архивных документов. В главе IV много хорошего написано про мат и похабные жесты. «В 1677 году некий Максимко Павлов, оправдываясь после драки с англичанином Чарльзом Гердоном, говорил в распросе: "Вез он к себе за Москву реку на телеге птичьи клетки, и на Балчеке де встретился с ним иноземец против харчевен и кружала. И того де иноземца со стороны подразнили и молвили »шиш на Кукуй«. И тот де иноземец бросился к нему Максимке к телеге и учал ево бить тростью и клетки все перебил. И он де от него скача с телеги <стал> утолятца [sic] и отходить, и тот де немчин выня шпагу учал колоть, и поколов побежал прочь к Москворецким воротам, а <он> покиня клетки бежал за ним и кричал "караул"». [РГАДА. Ф.141. Приказные дела старых лет. Оп.6. 1678 г.] С.227—228.

    Или вот из Олеария: «У них (русских) нет ничего более обычного на языке как "блядин сын, сукин сын, собака, еб твою мать» и еще иные тому подобные гнусные речи. Говорят их не только взрослые и старые, но и малые дети, не умеющие назвать ни Бога, ни отца, ни мать». С.230. Тут, впрочем, есть противоречие.

  6. Иезекиель Котик. Мемуары. СПб.—М.—Иерусалим, 2009.

Sunday, February 24, 2013

Новиков 2005

«О многих старинных календарных традициях, хорошо известных в ряде областей России, наши информанты вообще ничего не слышали. Рождественское колядование вытеснил обход дворов членами церковного причта, которые исполняют религиозные песнопения и получают плату за свои заслуги перед прихожанами. Не удалось обнаружить в архивах или записать от исполнителей ни одного рассказа об изготовлении или уничтожении обрядового чучела Масленицы, о красочных обрядах зазывания весны, о русальной неделе, о дне Симеона-землепроводца (1/14 сентября) — нового года по допетровскому календарю». Юрий Александрович Новиков. Фольклор старообрядцев стран Балтии (истоки, динамика развития, особенности бытования). Стр. 147. // Slavistica Vilnensis 2005—2009. Kalbotyra 54 (2). P.140—155. [V., 2010]

Чистейшая правда.

В конце Новиков неожиданно переходит к родству прибалтийского старообрядческого фольклора с «псковско-онежской зоной». Для солидарности с Чекманом. Непонятно, чего же не сравнивается их койне, над-диалектный фольклорный стандарт. Он же должен быть общим, раз так.

Friday, February 1, 2013

Конспект



Dialectology. J.K.Chambers and Peter Trudgill. Second ed. 2004. Page 7.

Saturday, September 15, 2012

Исроэл Янкев Шварц


Un ix, an eynikl fun vander,
vos hot gots velt dershpirt in Lite
mit ire umetike velder
un bloye xeynevdike tayxn.

И я, внук скитания,
коснувшийся божьего мира в Литве,
с ее пустынными лесами
и голубыми прелестными реками.
Цит. по Julian Levinson, Exiles on Main Street.

Saturday, May 5, 2012

Овес (о, шибболет)

С XVIII века по наши дни остроумие не претерпело значительных изменений.

Можно приводить разные примеры, но сейчас достаточно одного. Вот ивритско-немецкий разговорник для торговцев лошадьми. В нем содержится такой пассаж:


Ивритская часть читается так:Немецкая часть читается так:
Ein (Eni это опечатка) li Chazir klal afal (=aval) Schibboles Schual kan ich dich nosenen.
Ich habe von Heu gar nichts, aber Haber (=Hafer) kan ich dir geben.
אין לי חזיר כלל, אבל שיבולת שועל
kan ich dich נתנen

Немецкая часть переводится честно: У меня нет вовсе сена, но овсу я могу тебе дать.

Ивритская же часть переводится со школьной подъебкой: У меня вовсе нет свинины, но овсу kan ich dich дать.

Сам этот разговорник 1764 года пнз Der volkommene Pferde-kenner выложен (правда в нечеловеческом виде) тут.

Monday, July 25, 2011

Разреши написать тебе

Альба Асусена Торрес. 
Студентка из Никарагуа. 
Семинар Л.И.Ошанина. 

Разреши к тебе подойти
и спросить, ну, скажем,
когда в наряд.
И в этот короткий миг
встретить твой взгляд,
обращенный в нынешний вечер
и в далекое будущее.
Разреши смотреть на тебя,
когда ты идешь издалека
или едешь в армейском джипе,
в форме, подтянутый и слишком серьезный
для своих 23-х.
Разреши понять, отчего
загар у тебя оливковый,
отчего такая улыбка,
и глаза кофейного цвета,
и партизанский характер.

Перевела с испанского Б.ХОВАНОВИЧ 
Журнал «Юность», 1986, №5. Стр.68.

Tuesday, November 16, 2010

bash with us

— да-да, арабские грамматисты када поработали — ар.грамматика тоже стала куда проще. и логичней. они как роден — выкинули все лишнее

— роден так не делал.
это степан разин так делал

Saturday, June 19, 2010

Shneer, quotes.

P.30-31: at least two jewish languages - Yiddish and what was called the holy language (loshn koydesh), which incorporated Hebrew and Aramaic... Judeo-German, known at various times as Taytsh (German) or loshn ashkenaz (the language ofGermany), reflecting the early cultural assumption that jews were not speaking a language distinct frorn the German spoken around them. 

P.34-35: for those maskilic practitioners of Yiddish in the Russian Empire, like Mendel Lefin and his followers - Shloyme Etinger (1801-56), Avrom Gottlober (1811-99), Yisroel Aksenfeld (1787-1866), or Yitzhak Ber Levinson (1788-1860) - publishing in yiddish was nearly impossible. Under Tsar Nicholas I, who reigned from 1825 to 1855 only two jewish printers, in Vilna and in Zhitomir, were allowed to operate, and neither published many maskilic Yiddish texts.20 Aksenfeld had...

  • 20 Zinberg, Israel, The History ofYiddish Literatwe. Cincinnad, New York: Ktav, Hebrew Union  College, 1972-1978. 

P.35: The first Eastern European Yiddish newspaper, The Herald (Kol Mevaser), came out in 1862 in Odessa. Not coincidentaly, it was in this paper that Abramovich first pubushed his Yiddish stories in serial form. The newspaper was a supplement to the first Russian Empire Hebrew-language newspaper, the Advocate (Ha-melits), published by Alexander Tsederbaum, who intended to broaden his readership and raise necessary funds by publishing a Yiddish supplement. He initialy published the newspaper for purely maskilic reasons: "We know quite well that the enlightened... men of the present day cry that the people should be weaned away from speaking Yiddish and be accustomed to speak the language ofthe country. Perhaps they also are not completely unjustified, for... Can the Hebrew language with its fine figurative style give sustenance to anybody except those selected few who have mastered it? That's one point. And the other: even when you write -Hebrew, you think in Yiddish — wouldn't it be better for you to write the  way you think?"

P.46: In late 192 5, a final round in the language battle between Hebrew and Yiddish in the schools took place after a petition from a quasi-legal socialist-Zionist youth movement, The Young Guard (Ha-shomerha-tsair), was circulated to all of its constuents. The nationalisc petition called on Young Guard members to start a novement against the power of the Soviet Yiddish intelligentsia that had effectively eliminated Hebrew from Soviet jewish culture. In nineteenth-century peitioning style, the organization called on children to write letters to the Central Executive Committee (TsIK) of the Soviet Union to overturn the power of the Jewish state cultural organizations.59 In one petition, thirty-two jewish children of the town of Koriukovka requested that the Central Executive Committee publish a decree about the free study ofthe Jewish language "Hebrew" and of Hebrew literature, since "at the moment, in our town, the jewish population needs to study its native (rodnoi) Jewish language 'Hebrew' and its native Hebrew literature, but the Jewish Section of the Communist Party (Evsektsiia) prevents this and even subjects us to persecution.60 Another group of children wanted the government to "give Hebrew the right to be a language in school, and as regards Jewish history, let it be studied in school in Yiddish."61 Numerous other petitions with similar requests poured in from the provinces, and each one relied on Soviet language politics (native language education and anti-Russian imperialism) to make its claim for Hebrew-language education in Sovietjewish schools.62 

  • 59: GARF,f.3316, op.10, d.190, I. 90-1. They petition read: "The main bureau calls on all of you to take active part in the Chanukkah campaign for Hebrew language and literature. Don't be affraid of Evsektsiia persecution. Remember how our ancestors weren't afraid to face death in the name ofthe people (naroda). Remember how in our time hundreds of our comrades face torture, hunger and cold in jails and in exile for this brave battle." )
  • 6212. This file contains dozens of petitions all dated in late 1925 and early 1926. 

P.50: In early 1924, seven well-known cultural figures wrote a petition to the Comnissariat of Nationalities calling for the re-legalization of Hebrew-language publishing...

P.51: The seven authors ofthe petition came from diverse backgrounds, but none of them was known as a Hebrew-language writer. Two were involved in music: D. Shor was a professor at the Moscow Conservatory, and Mikhail Gnessin was a composer.78 M.Tubiansky, S. Ginzburg, and Nikolai Marr were academics not particularly involved with Soviet Jewish culture; Marr became famous as... And Mikhail Gershenzon... by far, the most controversial name to appear on the petition was David Hofshteyn, a member f the Soviet Yiddish intelligentsia, an editor of the most important Soviet Yiddish literary journal, Stream (Shtrom), and member of the board of Culture league, one of the biggest Yiddish-language cultural societies and publishing houses. 

Sunday, June 13, 2010

David Shneer. Yiddish and the Creation of Soviet Jewish Culture. 1918-1930

P.91: In 1825, there were only 583 titles produced in the Russian Empire, 323 (55 percent) of'l )of which were in Russian. By 1860, the total number of books had risen to 2085, and by 1895, there vere 11,548 titles published in the Empire, 8,728 (76 percent) of which were in Russian.9 Jeffrey Brooks, When Russia Learned to Read (Princeton: Princeton University Press, 985), pp. 59-62,92.

P.84: In December 1929, Moshe Kamenshteyn published an article in the Kharkov newspaper Shtern in favor of Latinizing Yiddish. He argued that Soviet Jews...

P.86: Another factor in Latinization was the role played by Semen Dimanshteyn, an important state-level figure in the general Soviet Ladnization campaign, a longime Bolshevik, and founder ofthe Yiddish Party paper Emes. Dimanshteyn, member of the Council of Nationalities, was a key figure in the Central Asian Latinization campaign. As liaison between the Soviet Yiddish intelligentsia and the Communist Party, he also ensured the continued existence of Yiddish language cultural activities. Since Dimanshteyn had the power to push through inization for other languages, the fact that he did not use this power on Yiddish shows that he used his influence to prevent it from taking place.121 With Litvakov and Shtifs (and most likely Dimanshteyn's) influence, Latinization was cen ofF the agenda just as quickly as it was put on. The issue was addressed ice more in February 1932, in an article by Shtifand Elye Spivak who came against Latinization, and by Zaretsky who published an article in a Russianguagejournal favoring Latinization.122 122. See Shtif and Spivak, "Vegn Latinizatsie," and I.Zaretsky, "K probleme latinizatsii vreiskogo pis'ma," Revoliutsiia i pis'mennost', Jan.-Feb., 1932 (no.1-2), pp.15-32. The issue then died.

In 1934, long after the discussion of Latinizadon of Yiddish and in the Soviet Union more generaly had passed, the only Yiddish book to be published in Union more generally had passed, the only Yiddish book to be published in Soviet Union appeared.123 Greenbaum, Jewish Scholarship, p.111. In my research, I have found no other Latinized Yiddish book published in the Soviet Union. That same year, Ben Tsiyon Ben Yehuda (also known as Itamar Ben Avi), the son of Eliezer Ben Yehuda, considered by some of the father of modern Hebrew, began publishing a Hebrew newspaper in Jerusalem in Latin letters.124 Benjamin Harshav, Language in Time of Revolution (Berkeley, Los Angeles: University of California Press, 1993), P.107. The Latinized Soviet Yiddish book, The Folklore of Yiddish Music (Jidisher Muzik-Folklor), was published by the Institute for Jewish Proletarian Culture in Kiev under the editorship of Meir Viner, who took over after Shtif died. The author offered an explanation for the choice. "This book 87 is appearing in two languages - in Yiddish and Russian. In Yiddish we are printing it with a Latin transcription, because in the given circumstances, it is technicaly easier. Aside from that, we had in mind the decision of the Central Orthographic Commission that said that scholarly publications must gradually adopt the new Latin alphabet."135 Since music was a special case when Latinizing aade the most sense, it is easy to understand why the only Latin Yiddish book was a book of songs. But the editors also Latinized to make a statement, and their reference to a COC decision suggests that this might have been a last ditch effort to prove that Latinization could have worked. By 1934, the Soviet Union was moving away from Latinizatioon. The moment for a Latin Yiddish had passed.

Sunday, April 25, 2010

extracts

Benjamin Harshav. Language in time of revolution. (Stanford University Press 1993). 334 p.

  1. The great expansion of original imaginative literature in Hebrew — so called
    «Renaissance Period» of Hebrew literature(1882-1914) — occured in Russia when the Haskala broke down, that is, after Ben-Yehuda had gone off to the
    remote Ottoman province of Palestine. Hence, even though he invented many words and classified
    old words by the thousands, his writings seemed antiquated and rhetorical, his
    newspapers old-fashioned, and his speech sounded like babbling to his
    visitor: papers old-fashioned, and his speech sounded like babbling to
    his visitor; who had experienced the revival of Hebrew literature in
    Europe. (122)
  2. footnote 59. Bialik himself wrote a series of quasi-folk songs, using the
    motifs of Yiddish folk songs harnessing
    them to Russian meters. He wrote about it: "I am now enamored of the
    genre of the folk poetry. The Hebrew language never tried it and there is
    in it a special favour: folk songs in a language
    that is not spoken [in 1910! That is what the greatest
    Hebrew poet thought of the "revival" of spoken Hebrew — B.H.]; it is only
    regrettable that our reading [in the Ashkenazi accent] is distoned, which
    brings about a poetic meter strange to the ears of the reader and
    grammarian. This fault will prevent the poems from spreading in
    Eretz-Israel and becoming full-fledged folk-songs, sung aloud
    [that is what he thought of their intellectual level]" (Bialik
    1990:447). (132)
  3. The image of the cavalry of a galloping donkey may signal daring,
    a return to nature, or the uninhibited behavior of a free child, but
    not quite a sign of the revival of the language. (136)
  4. Indeed, Ben-Gurion
    and Ben-Tsvi even edited a journal in Yiddish, 0nfang ("The Beginning"), but
    there was opposition to Yiddish and it closed after two issues. In
    1908, this party [Poaley Tsiyon] too decided to switch to Hebrew. (138)
  5. Even in 1910, when David Ben-Gurion lectured in Hebrew at a conference of
    Poaley Tsiyon, the entire audience left the hall in protest, exept for his
    friend (the future president of Israel) Ytzhak Ben-Tsvi and Ben-Tsvi's girlfriend
    Rachel Yanayit. (138)
  6. Thus the relations between a frame language and embedded language
    were doubly reversed: In Diaspora, Hebrew had been embedded within the frame of
    Yiddish speech and now it became the frame, with Yiddish
    (especially at home) still embedded in it (143) (что в галуте идиш был рамочным языком, а иврит был в него уложен, а в палестине - с принудительным говорением и делопроизводством на иврите - ситуация перевернулась)
  7. n 1912, the new Hebrew Language Committee demanded that the national
    bank and other institutions insist on speaking only Hebrew with their
    customers (Eisenstadt 1967:73); and in 1913, Yehoash reports that the
    official language in the Anglo-Palestine Bank
    was indeed Hebrew: a special announcement was osted, requesting the
    public to speak Hebrew, the forms to be filled out were in Hebrew, and so on (143).
  8. The Hebrew they spoke united the children of th Hebrew city. That is, here too, a
    horizontal age stratum embraced the new language as its own, creating
    a second wave of severance, and distinguishing them from their
    Diaspora-born parents. (144) (т.е. морим сознательно строили такую схему, которая как бы кастрировала язык, потому что группы состояли из ячеек горизонтальных связей были построены так, чтобы не возникло стратификации т.о. избегалась малейшая возможность саморазвития языка
    в палестине тоже самое происходило по неизбежности — т.е. приехало одно поколение - один страт)
  9. (Its one-word names of Diaspora Hebrew
    newspapers, Ha-Melitz, Ha-Magid, Ha-Shaxar, Ha-Shiloax, or the
    Eretz-Israeli Ha-Aretz — was a plurisignifying term, meaning:
    "[concrete] thing," etc. (148)

Вообще, Харшав страшный путаник. Но смешнее всего, что утверждая будто иврит оевропеился на уровне макросинтаксиса, Харшав и сам не замечает, что английский, которым он пишет сам, насквозь проивричен — от артиклей до построения фразы.

Wednesday, April 14, 2010

ayer

Владислав Иванов. Русские сезоны театра "Габима". М., 1999. 317 С. Грант президента РФ, финансовое участие Российского еврейского конгресса, финансковое участие народного артиста И.Д.Кабзона.

Приложение I. Стенограмма обсуждения "Габимы" в Центротеатре 16 февраля 1920 года. (Театральный архив и музей им. Исраэля Гура при Иерусалимском ун-те - Ц/00001)

  1. Председатель (А.В.Луночарский): ...Может быть, мы не можем вмешиваться в этот вопрос, но мне кажется, что театр на древнееврейском языке должен напоминать специальные тетары на древнеславянском или на латинском языке, и такой театр не может иметь большого значения для широких еврейских масс, а интересен только для небольшой части еврейской нации. В отношении школ на древнееврейском языке Наркомпросс решил вопрос в школьном порядке, что нельзя требовать, чтобы все предметы преподавались на древнееврейском языке, и, значит, если разрешить такие школы, то этим затрудняется доступ к широкому общему образованию. (стр. 201)
  2. С.М.Диманштейн: это не только театр на таком-то языке, а театр известной группы, стоящей на линии национализма, редставителей буржуащзии, которые хотят посредством этого театра воскресить этот мертвый язык... и тут может произойти целый ряд нежелательных обстоятельств для советской властию (стр.202)

Friday, February 12, 2010

ayer


  1. Хазарский словарь. Масса смешного. И "майнады, растерзавшие Аполлона" и случайно недопереведенное с сербского. И т.п.
  2. Неверман. Сыны Дехевая. Сказки охотников за головами. Больно выдумано выглядит. Особенно, как маклеуга почли за чествование отвоз в тюрьму. «Туан, пришедший с полиси-аним, сказал, что хочет познакомиться с нами поближе, так как мы большие охотники за головами... В Эрмасуке старший туан устроил собрание и спросил нас, как проходила охота за головами. Потом он велел отвести нас жить в Буи. Туаны отнеслись к нам по-дружески, и в Буи нам было очень хорошо. Они знали, как подобает принимать больших охотников за головами. Это был очень красивый дом с крышей из железа, и туда ни разу не проходил дождь, как это бывает в Вельбути. Каждый день нас кормили рисом. Он намного вкуснее саговой муки. Когда прошло несколько дней, мы получили еще и табак. Дома мы этого не имели. Кроме того, полиси-аним дали нам по красивому куску ткани, чтобы мы обвязались. Они только не разрешали разводить по ночам огонь, и оттого нам было немного холодно спать. Но все-таки они поступали правильно, потому что пол в Буи деревянный, и если бы мы развели там спальный огонь, красивый дом, вероятно сгорел бы и его было бы жаль. Полиси-аним сказал нам, что мы должны срезать траву на улице. Мы пошли и срезали траву, потому что тот, кого так хорошо принимают, должен и сам сделать что-либо приятное хозяну!»
  3. Сирано де Бержерак. Пушетествие в государства Луны.

Tuesday, December 8, 2009

Поросенок в ванне

Неудачей драматурга и постановщика Образцов считал и другую работу Сперанского — «Поросенок в ванне», получившей такое название благодаря допущенной в афише опечатке. В 1933 году С. Образцов репетировал пьесу Е.Сперанского «Поросенок Ваня». [В ней высмеивалось мещанство, «затхлый старорежимный быт, неверие в новую жизнь». Символом этого «быта», нечистоплотности и косности, в которых погрязли жильцы дома №5 по Последнему переулку, — был поросенок Ваня, который жил в квартире управдома Соломки. В ходе пьесы под влиянием двух пионеров жильцы перевоспитывались, дом очищали от мусора, а поросенка Ваню переселяли из квартиры в хлев.] Спектакль был уже почти готов, определились с датой премьеры, в типографии печатались афиши. Когда тираж привезли, то увидели, что вместо названия «Поросенок Ваня», наборщик, не разобрав текст, напечатал «Поросенок в ванне». Никакой ванны в спектакле не было, но перепечатывать афиши уже не было ни времени, ни средств. Чтобы выйти из положения. Образцов попросил Сперанского дописать сцену с ванной. Сцена была дописана и новое название пьесы оправдано.